• info@gcagro.by
  • г. Минск, ул. Стебенёва 16/3 Офис и склад
  • 9:00—18:00 (пн.-пт.) Время работы
Каталог

Некробактериоз – непризнанная болезнь

Некробактериоз — непризнанная болезнь

В последние 3−4 года белорусский крупный рогатый скот стал все чаще страдать от копытной формы некробактериоза. В структуре инфекционной патологии коров он выходит на третье место после заболеваний гениталий и молочной железы. В некоторых сельхозорганизациях треть поголовья имеет больные ноги. Оказывается, бороться с этой напастью можно, если знать ее причины.

Хромота и не только

Нектобактериоз в Беларуси регистрируется с 1971 года под различными наименованиями: копытная гниль, гангренозный дерматит, некротический дифтероидный стоматит, парша губ. В основном коровы заболевают после отела. Наиболее выраженный внешний признак — изменения аллюра («походки»): широкая постановка грудных конечностей, подведение под туловище задних с соответствующим изгибом позвоночника. Передвигаются такие коровы медленно и с особой осторожностью. Частота их подходов к кормовому столу снижается в два раза, животные предпочитают отлеживаться в стойлах.

Некробактериоз — болезнь системного характера, протекающая по типу подострой или острой формы. Кроме гнойного поражения дистального отдела конечностей, патологическим изменениям подвергаются кожные покровы вымени и хвоста, слизистые оболочки ротовой полости, кишечного тракта и половых органов, печень, легкие, почки и селезенка, а при септическом процессе — мышечная и мозговая ткани. У животных отмечаются признаки остеодистрофии: расслабление связочного аппарата суставо пальца, рассасывание хвостовых позвонков. При патологоанатомическом вскрытии в паренхиме печени обнаруживается большое количество абсцессов некробактериозного происхождения. Острое течение болезни приводит к быстрой потере веса тела с переходом в тощую упитанность и выбытию животного.

Предметом дискуссий ветеринарных врачей является этиология некробактериоза. Часть исследователей считает, что заражение происходит при непосредственном контакте с больными животными, которые выделяют возбудитель, получивший название Fusobacterium necrophorum, с молоком, калом, мочой, слюной, гнойными выделениями из матки и таким образом инфицируют пастбища, подстилку, стойла, предметы ухода и навоз.

Инфекция некробактериоза устойчива во внешней среде. Даже в условиях мерзлого грунта она сохраняется до двух месяцев. «Воротами» для нее являются травмированная кожа и в особенности конечности (царапины и ссадины, стертые суставы, трещины и заломы копытного рога).

От природы с заразой

Другая часть ветеринарных врачей полагает, что возбудитель некробактериоза — представитель естественного микробиоценоза и что любая корова от рождения является его носителем. Следовательно, инфекционный некробактериоз активируется только при помощи соответствующего пускового механизма. В качестве аргумента эта группа ученых приводит схему развития некробактериоза на фоне хронического ацидоза, снижающего иммунитет коров и создающего условия для развития инфекции. Они считают, что рационы с нарушенным балансом грубых и концентрированных кормов изменяют ферментацию в рубце. В результате в нем образуется излишек пропионовой и масляной кислот, что в свою очередь приводит к повреждению защитного слоя стенки рубца, а микротравмы, наносимые частицами корма, обуславливают интенсивное заселение некрозобактериями слизистой рубца. Проникая через нее в кровь, некрозобактерии вызывают последующие патологические изменения внутри органов и тканей, в частности, «формируют» колонию фузобактерий в печени, определяют характер протекания последующих стадий процесса в зависимости от типа возбудителя.

Таким образом, авторы данной теории происхождения и лечения болезни полагают, что нормальная микробиоценозная микрофлора в условиях длительного ацидоза рубца коровы становится «ненормальной» и «ворота» для внедрения (трещины на копытах, раны и ссадины на конечностях) ей не нужны, т. е. в этиологии болезни отсутствует механизм передачи болезнетворного начала (возбудителя) от животного к животному, а «незараза» становится «заразой» только при определенных условиях. Отсюда и вердикт: раз отсутствует механизм передачи возбудителя, значит, это не инфекция (тем более, что такого заболевания нет даже в статистической отчетности). Следовательно, есть возможность беспрепятственно развозить животных по фермам и сельхозорганизациям страны. Что, собственно, и происходит.

Откуда лихо?

Первое заражение животных некробактериозом произошло из-за ввоза в страну инфицированных нетелей. Покупали их за бюджетные средства, и по этой причине не каждой сельхозорганизации выпало такое «счастье». Как водится, первым оно досталось «маякам» молочных дел.

С тех пор минуло уже более 40 лет, а некробактериоз по-прежнему остается главным бичом дойного поголовья достаточно известных СПК и КСУПов. Кроме того, в разряд неблагонадежных попал и ряд ранее благополучных по некробактериозу хозяйств, приобретших молодняк на этих «маяках».

Второй, более масштабный импорт скота наблюдался в 2005—2006 годах. И среди «грантополучателей» вновь оказались многие лидеры по уровню надоев. К счастью, некоторым из низ, предпринявшим определенные охранные меры при отборе молодняка, удалось избежать некробактериозного лиха.

Третья волна — 2008−2011 годы — пришлась на время строительства молочных комплексов. Значительно расширив площади, многие хозяйства не смогли укомплектовать из собственным молодняком. В результате комплексы по приказам и распоряжениям районных чиновников заполнялись скотом из подведомственных им сельхозорганизаций, а из-за переделов районов — по ранее установленному графику. Так как среди ветврачей до сих пор еще преобладает теория, согласно которой каждая корова изначально заражена некробактериозом, могли ли применяться какие бы то ни было меры предосторожности? Получается, что и работали, и продолжаем работать по принципу «зараза к заразе не пристает»?

Корову оздоровить нельзя вылечить!

Ветеринарные специалисты по-разному ставят запятую в этом предложении. Сторонники теории «от природы я с заразой» помещают ее после слова «нельзя». Хозяйственники с приличным «стажем» по некробактериозу поспешат поставить знак препинания перед «нельзя». Прежде чем ответить, кто из них прав, зададимся вопросом: можно ли вылечить корову от некробактериоза, если его возбудитель постоянно, как утверждают сторонники второй из рассмотренных концепций, присутствует в рубце животного и способен в любое время, даже после лечения, вновь вызвать болезнь? Конечно, нет!

В лечении некробактериоза, как и любого другого заболевания, могут быть задействованы как облегчающие, так и отягчающие факторы. Наглядным тому подтверждением может служить пример с ацидозом. При его (и возбудителя некробактериоза) наличии у коровы появляется внешний признак — хромота, но стоит избавиться от ацидоза, как снизится и степень проявления хромоты. В этом случае мы можем утверждать, что корову оздоровили, а не вылечили, т.к. с рецидивом ацидоза болезнь вернется на прежний уровень, что подтверждает долголетняя практика лечения и профилактики некробактериоза в одном из сильнейших и процветающих хозяйств республики.

Арбитры не судят — они рассуждают

Главным арбитром в споре двух теорий должен выступить ветеринарный врач. Одному ему дана возможность установить диагноз «некробактериоз». Правда, как это ни парадоксально. За все время существования болезни в республике она не была документально оформлена, а значит, и не установлена ни в одном хозяйстве. Некробактериоза в республике действительно нет или у специалистов не хватает знаний, чтобы отличить некробактериозного возбудителя от других? А может, ветврачи боятся, что после установления диагноза придется разрабатывать карантинные мероприятия, а потом самим же их исполнять?

Известно, что в обследовании дойного стада многих хозяйств на наличие некробактериоза принимали участие ученые УО «Витебская ордена „Знак Почета“ государственная академия ветеринарной медицины», Института экспериментальной ветеринарии им. С. Н. Вышелесского — и тоже без документального подтверждения результатов. Выходит, животноводство республики благополучно по некробактериозу и нет никаких оснований для ограничения передвижения скота по стране. К слову, именно по причине отсутствия в республике хозяйств с документально подтвержденным некробактериозом в данной статье не называются подверженные заболеванию сельхозорганизации.

Слабые и сильные звенья оздоровления

Прежде чем приступить к вопросу лечения заболевшего стада, определим факторы, способные улучшить или осложнить лечение. Самым действенным из них является кормление. Известно, что некробактериозу в наибольшей степени подвержены животные в сельхозорганизациях, где чаще и «легче» всего возникают ацидозы; напротив, в хозяйствах с хорошей кормовой базой, а следовательно, и с меньшей вероятностью появления ацидозов такая закономерность не установлена.

Чревато нежелательными последствиями и неконтролируемое использование коровой энергии концентрированных кормов, особенно в последние 100 дней лактации. Как правило, оно заканчивается ее переводом в самую высокую (жирную) кондицию упитанности. В этом случае прохождение следующих физиологических стадий (пред- и послеродовых) будет осложнено, как правило, кетозом. С его развитием у коровы появляется недостаток энергии, кальция, обеспечивающего прочность костяка суставов, и микроэлементов, исчезают иммунные факторы защиты организма, а ведь иммунодефицит напрямую связан с некробактериозом. Наиболее подвержены заболеванию первотелки и высокопродуктивный скот с жирными кондициями упитанности.

Некробактериоз может быть вызван и неготовностью хозяйств к скармливанию грубых кормов. Во многих из них используются раздатчики-смесители, которые «выдают» кормовую смесь с поврежденной (раздавленной, волосообразной, мохообразной, кашицеобразной, бахрамистой) текстурой частиц, которые, как правило, не обладают определенной упругостью и не оказывают колюще-жгучий эффект на стенки рубца, «запускающий» функциональную реакцию на формирование сеткой пищевого кома для отрыжки и его пережевывания. Кое-где такого эффекта пытаются достичь путем выкладки на кормовой стол длинного сена или соломы — весомого результата это тоже не дает: животным нужна именно резка, а не длинностебельчатые корма. Следовательно, необходимы агрегаты, которые режут, а не раздирают волокна кормовых частиц.

Хозяйствам, увлекающимся включением в кормосмеси больших доз кукурузного силоса, придется их уменьшить, заменив часть силоса сеном, соломой и сенажом, заготовленным по рулонной технологии, с 50−55%-ным содержанием в нем сухих веществ. Избежать вполне возможного при такой замене падения продуктивности несложно, если следить за концентрацией белка в рационе.

На состояние копыт отрицательно влияют корма, загрязненные грибками, дрожжами и бактериями, что случается при использовании фуража, заготовленного с нарушениями рекомендуемых технологий. Содержащийся в таких кормах яд эндотоксин препятствует притоку крови в самые мелкие сосуды конечностей, а значит, сдерживает поступление питательных веществ и кислорода, а также выработку кератина. Копытный рог становится непластичным, хрупким и ломким, появляются «ворота» для проникновения присутствующей в фекалиях инфекции. Губителен для конечностей авитаминоз в части обеспечения биотином — витамином Н. рубцовые бактерии синтезируют его в достаточном количестве, однако при ацидозе выработка биотина уменьшается или прекращается вовсе.

И вакцина не панацея

В некоторых хозяйствах основная борьба с некробактериозом сводится к вакцинации. К сожалению, высокоэффективных вакцин на сегодняшний день не существует — в лучшем случае результативность их применения приближается к 60%. К тому же часто после использования инактивированной эмульгированной вакцины в течение 2,5−3 месяцев возможны специфические реакции на туберкулин.

Нередки случаи рецидивов болезни, обусловленные способностью Fusobacterium necrophorum в течение длительного времени находиться в рубце КРС. Еще одна причина сомнительной эффективности вакцинации заключается в том, что иммунитет у животных проявляется только через две недели после повторного привития и действует всего в течение полугода.

В таких условиях, чтобы извлечь хоть какую-то пользу, разработчики антинекробактериозных вакцин рекомендуют ветеринарным врачам перед вакцинацией животных обеспечить им надлежащее содержание, баланс белкового, минерального и витаминного составов рациона, исключить возможный ацидоз, понизив долю концентратов с увеличением количества волокнистых кормов, использовать кожные дезинфицирующие ванны. Ведь некробактериоз — это болезнь, вызванная слабоиммуногенными возбудителями, и вакцина «по определению» не может быть высокоэффективной.

Копытный сервис

Ванны. Наряду с полноценным кормлением и оптимальными условиями содержания, хорошим профилактическим средством могут стать ванны, оборудованные системой слива. Использовать их необходимо в так называемой двойной повторности: первая ванна на пути движения стада для обмывания копыт заполняется водой, следующая — дезинфицирующим средством. Необходимо обеспечить обязательную постановку в воду и дезраствор каждой конечности, а также исключить их загрязнение фекалиями. Глубина заливаемого раствора для полной обработки копыт — не менее 25 см. после прохода примерно 700 голов через ванну с дезраствором его необходимо заменить, предварительно вымыв ванну. Важно помнить: если мы откажемся от использования промывочной ванны и не будем периодически менять раствор в ванне дезинфицирующей, то лишь поспособствуем распространению инфекции.

Обрезка копыт. Копытцевый рог, как разновидность кожного эпидермиса, отрастает со скоростью 6−9 мм в месяц. Так же быстро он истирается при достаточной двигательной активности животного на обычной почве. Однако при стойловом содержании рог не истирается, вследствие чего копыта становятся остроугольными, зацепная часть роговой стенки в них удлиняется, а подошвенная загибается (часто в направлении второго пальца).

Здоровье копытцевого рога зависит и от содержания в нем воды, которую он поглощает из внешней среды и частично отдает. Нормальный рог содержит до 40% влаги. Если соотношение между поглощением и отдачей нарушается, рог становится хрупким, появляются заломы и трещины. В сырую погоду или при содержании коров в сырости рог деформируется под тяжестью тела (в отдельных местах давление возрастает до 5−7 кг/см2при норме 3−4 кг/см2), что приводит к ущемлению основы кожи, кровоизлияниям, развитию хронических болезней и появлению «двойной подошвы». Пустота между рогом подошвы и мякотью заполняется гноем, как следствие, развивается гнойный пододерматит и некробактериоз.

Деформация копытец — это не болезнь, а, скорее, упущение в работе ветврача. Между тем, сегодня их обрезку производит только незначительная часть специалистов. В большинстве хозяйств «копытный сервис» животным предоставляют уже только на мясокомбинате.

«Цена» некробактериоза

По данным западных специалистов, каждое заболевшее животное обходится фермеру в среднем 320−350 евро, и это без учета так называемых полных потерь. К ним можно добавить: падение продуктивности (до 1 000 кг за лактацию), частые заболевания маститом, высокую яловость, существенные потери живого веса и значительную (от 10 до 15%) выбраковку. Экономические потери на выращивании ремонтного молодняка складываются из увеличения расходов на кормление и утраты племенной ценности животных. Надеемся, что приведенные выше цифры заставят задуматься специалистов, игнорирующих опасность некробактериоза.

г. Минск, ул. Стебенёва 16/3